Саратовчанин выкупил долги бывших топ-менеджеров «Саратовгесстроя»

В истории некогда крупнейшей строительной компании региона поставлена финальная точка

Банкротство балаковского ЗАО «Саратовгесстрой» было введено в 2015 году, оно вызвало тяжелые социальные последствия: за ворота отправились порядка 700 человек, замерла жизнь на стройплощадках нескольких жилых домов, реестр обманутых дольщиков вырос, по подсчетам экспертов, более чем на 300 человек.

В июне 2016-го по приговору Балаковского районного суда Шибаков получил 2 года лишения свободы в исправительной колонии общего режима за мошенничество в особо крупном размере и злоупотребление полномочиями (привлекал средства дольщиков, зная о фактическом банкротстве компании).

У Панагушина куда более обширная судебная история: в 2016 году Балаковский районный суд приговорил его к 2 годам лишения свободы за налоговое преступление (ст. 199.2 УК РФ — сокрытие денежных средств, за счет которых должно производиться взыскание налогов).

Причиной стало то, что вместо налогов директор направил 15 млн рублей на расчеты с контрагентами компании. Затем Саратовский областной суд добавил еще и обязанность возместить казне свыше 15 млн рублей НДС и налога на имущество организаций.

В 2018-м балаковский суд за те же грехи, что у Шибакова, дал Панагушину 6 лет по части 4 статьи 159 УК РФ (особо крупное мошенничество с использование служебного положения) и части 2 статьи 201 УК РФ (злоупотребление полномочиями). Однако в 2019-м областной суд снял с Панагушина обвинения в мошенничестве и злоупотреблении полномочиями, не найдя в его действиях состава преступления.

Тем временем субсидиарка бывших топов была выставлена на торги, и 29 июня, когда право требования к должникам торговалось уже в форме публичного предложения, житель Саратова Эдуард Новоженин купил миллиардный долг за 2 миллиона рублей.

Как правило, покупка права требования долга с огромным дисконтом – результат усилий крупного состоятельного должника, который договаривается с хорошим знакомым, снабжает его средствами на заключение договора цессии, а затем стороны пишут бумагу о полном расчете друг с другом. Но возможен и другой вариант.

— Бывает, что за такими сделками стоит инсайдерская информация о том, что у должников есть активы, может быть, припрятанные от приставов, но реальные для получения, — поясняет руководитель юридического бюро «АргументЪ» Андрей Ларин. – Тогда долг покупают, чтобы добраться до этих активов.

Подробнее читайте материал на сайте «Бизнес-вектор»